Нас могли расстрелять или сгноить в гетто…

Введение.

Посмотрел замечательный документальный фильм Вячеслава Шатохина и Наби Разакова “Последнее лето детства”. (Фильм прилагается к данному посту). И нахлынули воспоминания, которыми обязан поделиться.
Кинолента – о детях войны. О нас, кого подростком опалило зловещее пламя Катастрофы. Еврейских семей, попавших под безжалостный каток войны, было огромное количество. В кинокартине через судьбы эвакуированных, еще живых свидетелей той поры, показан подвиг народа Узбекистана, совершенный во имя общечеловеческой морали.

Начало XX в. Ружанские
Начало XX в. Ружанские

Я расскажу об участниках фильма, а также о родных мне, очень близких, о наших семьях –  Ружанские, Штайгман,Носковы, Котляренко, Агеевы.

Начало XXв. Штайгман
Начало XXв. Штайгман

Мы – дети войны.

Мы – дети войны. Мы не собирали из детских конструкторов железные дороги. Не коллекционировали марки или монетки. Не играли в детские игры. Мы уже знали, что фашисты хотят уничтожить всех евреев. Детство, отрочество – лучшая пора у человека. Когда она еще не река, а чистый родник. И еще не день, а солнечное утро. Фашистская мразь засыпала наш родник и погасила солнце. Она принесла нам неизбывное горе, кровь и слезы, тяжкие болезни, потери близких людей.
В памяти явственно всплывает первая встреча с безжалостным врагом. Мы, подростки, купались на речке. Вдруг услышали спокойный моторный гул. Я посмотрел на небо и увидел, словно нарисованные, клинья летящих самолетов. От них отрывались черные капли и устремлялись прямо на нас. Сообразили, что надо бежать. Вблизи находился спиртзавод. Вокруг выкопаны бомбоубежища. В одно из них вскочил. И тут же раздались взрывы. Потом я вернулся к воде. Одна бомба упала недалеко. Взрывной волной троих ребят выбросило на берег. Впервые так близко я увидел безжизненное тело сверстника, его порванный живот, откуда вываливались кишки и сгустки застывшей крови. Это видение не исчезло. Оно гвоздями вбито в клетки моего мозга.

Город Кировоград. Украина. Лето. Июль 1941г.

Наша семья – мама, Женя Борисовна Ружанская, мои старшие сестры, Клара, Софа, Полина, полугодовалый племянник Мойсей и я – срочно эвакуировались. А мамин брат Яков Борисович Рудицер с женой Хасей Броун, её родители, сестра с двумя детьми остались. Фашисты их расстреляли вместе со всеми осташимися евреями города, согнав на холмы древней крепости Святой Елисаветы. Им ревностно помогали мои земляки, украинские наймиты.

Депортация евреев в гетто.

Насильственную безжалостную депортацию буковинских и молдавских евреев с последующим определением их в гетто Заднестровья придумал и осуществил румынский диктатор и палач Йон Антонеску. Гитлер говорил, что он еще только планировал уничтожение евреев, Антонеску их уже истреблял. Моя жена, Евелина Штайгман подростком и её двухлетний брат Игорь Штайгман пережили ужасы этого изгнания и заточения в гетто. В гетто евреи умирали медленной смертью от систематических избиений, унижений, издевательств, голодного истощения, неимоверного холода, антисанитарии, сыпного тифа, кровавого поноса.

Нам повезло, мы были эвакуированы в Узбекистан.

Нам, эвакуированным в Узбекистан, посчастливило избежать всего этого. Фильм “Последнее лето детства” посвящен людям узбекской республики, которые в годы Второй мировой войны приняли более миллиона эвакуированных семей, в том числе 250 тысяч евреев, больше других среднеазиатских республик и Западной Сибири. (Именно такое количество евреев погибло в концлагере Собибор).

Ружанские и Штайгман
Ружанские и Штайгман

И мы, выжившие и уцелевшие, Ружанские, Штайгманы, Агеевы, Котляренко, и многие другие, ныне проживающие в Нью-Йорке, Нью-Джерси, Калифорнии и других штатах США, рассказываем об этом на съёмках кинофильма и на страницах моего поста.

Семьи: Агеевы и Котляренко
Семьи: Агеевы и Котляренко

Арон-Мордехай Капуста

Киевлянин, вдовец, Арон-Мордехай Капуста привез в узбекский город Коканд через Украину, Кавказ, Каспийское море, две эвакуации, 10 своих детей. Хаима, Эли, Мишу, Веру, Аню, Раю… Грязных, вшивых, голодных, усталых, замордованных встретили их на узбекской земле незнакомые люди, помогли, чем смогли и сказали: ” Будете жить!”
В Коканде многочисленную семью Арона-Мордехая приняла семья жителей Коканда. “Наша семья приняла их. Выделила помещение. Дала кровати, постельные принадлежности, стол, стулья,- рассказывает Манаше Шимонов, ныне живущий в Нью- Йорке ,
– Отец – на фронте. Дома – мама и мы, четверо. У мамы сердце разрывалось, когда она смотрела на маленьких мучеников. Из старых сьестных запасов помогала. Даже хлеб давала, хотя мы его получали по карточкам. Потом старшие устроились на сахарный завод. Младшие пошли в школу. Государство дало им пособие . Мы встретились с ними много лет спустя в Киеве. Сколько радостей было и слез.”
И они все, семейство Арона-Мордехая Капусты, все 10 человек, выжили! Вернулись в Киев. Женились. Вышли замуж. Завели детей, внуков.
Десять собеседников в фильме. В каждом рассказе – человеческая трагедия, драма, горе, боль, радость.

Рахиль (Роменик) Левиева.

Рахиль (Роменик) Левиева ( Нью-Йорк): ” Наша семья выехала из Одессы 18-го сентября 1941г. в составе – мама, Шлима Ицковна,1905 г. рождения, я – 1927г, Клара – 1938г, Исаак – 1939г. Отец, Роменик Абрам Горохович добровольно остался защищать Одессу, хотя был у него “белый” военный билет, то -есть освобождение от военной службы по болезни. Папа погиб на баррикадах города.
Мы дважды бежали от немцев. Сначала мы прибыли в Сталинградскую область. А потом уже – в Ташкент. Нас приютила местная семья. Их домик находился в районе Урды. Недалеко протекала река Самар. Однажды, в январе 1943г., мама пошла туда набрать воду. Поскользнулась и упала в ледянную реку. Плавать она не умела. И утонула. Мы, дети, остались одни. Круглые сироты. Мне – 16. Кларе – 5. Исааку – 4

Участники фильма: Манаше Шиманов, Рахиль Роменик, Мина Мазо, Илья Ох
Участники фильма: Манаше Шиманов, Рахиль Роменик, Мина Мазо, Илья Ох

Я училась в Ремесленном училище и работала на авиационном заводе №84 фрезеровщицей. Люди местные – узбеки, русские – помогли устроить детей в детский дом. Так что благодаря Узбекистану мы не пропали, выросли, получили специальность и стали полезными и порядочными людьми.”

София Хотимлянская.

София Хотимлянская
София Хотимлянская

София вспоминает: ” Мама выбралась из Полтавы под бомбёжками, с двумя детьми. С собой два баула и ручная кладь. После тяжких дорожных мытарств прибыли в Ташкент.Отец ушел в ополчение, защищая Полтаву. Погиб. Похоронен в братской могиле. Мама часто вспоминала родные места. Пела по-украински;
Уже куры насидали пивень на порози.
Уси мужья сидять дома, а мий у дорози.
Мама осталась вдовой в 41год. Больше замуж не выходила. Сохранила верность отцу и память о нем до конца своих дней. Тяжело работала, Не сломалась. Вырастила дочерей. Помогла им получить высшее образование.”.
Наши воспоминания похожи на письма из далекого почти забытого прошлого. Они заставляют сжиматься наши сердца.
Поэтому мужчины, немолодые герои фильма, плачут. Навзрыд. С горечью вспоминают свое утраченное детство. Лето его.
Плачет Илья Ох. Не может сдержать слез Исаак Роменик. Но и сейчас поддерживает его рука старшей сестры, заменившая ему маму.
И как-то своевременно, по смыслу, начинает звучать песня” А идише мама” в исполнении Аэлиты Фитингоф.( Она же и заканчивает фильм песней “Облака” Музыка А. Кублинского. Слова И. Шаферана ).

Жители Узбекистана приютили и спасли нас, беженцев.

Жители Узбекистана спасли нас. Мы будем помнить о них всю нашу жизнь и передадсм эту святую память нашим детям и внука. В самом Узбекистане чтут память тех лихих лет, когда проямились самые лучшие человеческие качества людей – гостеприимсто, сочуствие, забота о людях, прежде совсем незнакомых… Такое невозможно забыть. В Ташкенте на самом цетральном месте города воздвигнут памятник просой узбекской семье. Ташкентский кузнец Шаахмед Шамахмудов и его жена Бахри Акрамова в 1941-1945 г.г. усыновили 15 детей – сирот, потерявшие в войну своих родителей. Их примеру следовали десятки семей. Женщины Ташкента организовали массовое движение по усыновлению обездоленных детей.

Памятник семье Ш Шамахмудовых.
Памятник семье Ш Шамахмудовых.

Многие выдающиеся люди искусства Узбекистана прославили этот благородный подвиг своих земляко.
Большое впечатление произвело на нас тогда поэма известного узбекского поэта Гафура Гуляма “Я – еврей”, опубликованная в 1941году в ответ на гитлеровские планы по уничтожению всей еврейской нации.
Гафур Гулям написал тогда еще одно стихотворение, ставшее знаменитым ” Ты не сирота.”( перевод Анны Ахматовой):

Разве ты сирота?.. Успокойся, родной!
Словно доброе солнце, склонясь над тобой,
Материнской, глубокой любовью полна,
Бережет твое детство большая страна.
…Улыбаешься ты, и улыбка светла.
Не впервые ль за долгие, долгие дни
На лице исхудавшем она расцвела,
Как фиалка на тающем снеге весны?
И продрогший простор словно сразу согрет
Полусонной улыбки лучом.
Это скоро рассвет, Это белый рассвет.
Это белый рассвет у меня за плечом.

… Вспоминая нашу эвакуацию в Самарканд , я сказал, что помню чтение Гафура Гуляма по радио.
Наби Разаков разыскал в архивах “Узбекфильма” аудиозапись поэта этого стиха и ввел его в фильм. И мы слышим его живой голос.
Замечательные режиссер Шухрат Аббасов и сценарист Рахмат Файзи в 1962 году создали художественный фильм “Ты не сирота”, где прототипами стали кузнец Ш. Шамахмудов, его жена Бахри и их приемные дети.
Их работа пользовалась широким успехом. Они были удостоены многих правительственных наград и международных призов.
Продюсер фильма “Последнее лето детства” В. Шатохин разыскал актера Ефима Каминера, ныне проживающего в Нью-Йорке, который играл маленького Абрама в фильме” Ты не сирота”. Его рассказ иллюстрируется кинокадрами из этого фильма.
Фильм “Последнее лето детства”сопровождается чтением стихов, где слова как фотокадры:

Война, бомбежки, сирены вой.
Эвакуация, потери, холод, голод, зной.
Чужая речь.Чужие люди, ставшие родными.
И слёзы по ночам наедине с собой.
И чей-то дом и чей-то город твоими ставшие отныне.

Все участники фильма в своих рассказах благодарят народ Узбекской Республики за заботу, проявленную к ним в тяжелые годы эвакуации. Востину, для многих спасенных Узбекистан стал второй родиной.
Фильм – короткометражный, длительностью всего 34 минуты 18 секунд. Но сколько в нем души и благодарности спасенных в то время людей. В фильм показан и современный Ташкент, совсем не похожий на тот, уютный узбекский город, и монументальный Самарканд.

Последнее лето детства

Михаил Ружанский

Анатолий Миркин

 Дети войны. Один из нас.

Анатолий Миркин
Анатолий Миркин

Мы – дети войны. Мы – те, кого подростком опалило зловещее пламя войны, кто выжил, чудом уцелел во время Катастрофы.

“Без добрых дел сосед
прожить не может дня:
Прибить, исправить, поменять.
С улыбкою, без лишних слов,
Помочь он каждому готов.
Я думал о соседе много
И о десятках добрых дел.
И понял, что он в детстве не успел
Бабулек всех перевести через дорогу.”
Юлий Веледницкий

В этих поэтических словах Юлия вся правда об Анатолии Миркине, нашем соседе, человеке добром, который готов помочь всем, кто нуждается в его помощи. Да еще сделает это легко и с мягкой покоряющей улыбкой. Одна неточность. Детства нормального у него не было. Война. Скитания беженца. Еврейское гетто за колючей проволокой.

Анатолий Миркин родился в местечке Комарин в Белорусском Полесье. Самый южный пункт республики. В 25 км от Чернобыльской АЭС. К украинскому Чернигову ближе, чем к Гомелю. Рядом – густой сказочный лес и широкий богатырский Днепр.
В XIV веке, местечко принадлежало господам Вишневецким. В XVII столетии, владельцами стали паны Конецпольские. Комаринщина часто становилась ареной многочисленных битв украинских козаков с польскими войсками. Здесь воевал с поляками казацкий полк, под руководством полковника Масеры. Жители Комарина и прилегающих деревень составили отряд, который полностью вошел в состав его полка. Сюда приходили и другие казацкие отряды, посылаемые Богданом Хмельницким, который поднял восстание против ляхов (1648-1659). Здесь, на Полесье, поляки понесли тяжёлое поражение. На борьбу с восставшими они бросили войска, во главе с магнатом Радзивиллом. Многие города, селения, в том числе и Комарин, опять отошли к полякам. Летом 1649 года, Богдан Хмельницкий направил десятитысячный отряд Ильи Голоты, который на некоторое время завладел Комаринщиной. Во время крепостного права, население Комарина находилось в крепостной зависимости от помещика Рыбникова. Сам помещик жил в имении, в деревне Верхние Жары. Тяжёлая жизнь принуждала крестьян поднимать восстания, убивать крепостников.

Еврейское местечко .
Еврейское местечко .

Анатолий не помнит довоенного местечка. Он родился в 1940 году. В Комарине, в советское время, располагался колхоз “Серп и молот”, в котором работало всё население. Исключение составляли портной, сапожник, скорняк, женстянщик и другие ремесленники, которых было по одному на весь район. Лет 20 тому назад встретил я в Нью-Йорке земляка с Украины. Приехал в гости. Оказался он кузнецом с местечка.

Кузница на селе. 1930г
Кузница на селе. 1930г

(Кузнец – еврей! Почти, как в анекдоте: “Еврей – дворник!”) А у кого сейчас кони? Но Григорий мне обьяснил, что да, лошадей мало, но и кузнецов нет. Вот он один на всю округу остался. И идут к нему со всех близких и дальних мест. Так вот отец Толи, Хонон Абрамович – портной.

Классный мастеровой. Сам резал материал. Кроил. Шил. Он любил свою профессию. Ножницы остро отточены. Машинка “Зингер” с ножной педалью блестела, как зеркало. Любил рассказывать анекдот:

Еврейский портной
Еврейский портной

Один старый еврей-портной говорил: -” Если бы я был царем, то я жил бы, как царь. И даже лучше, чем царь.” У него спрашивают: – “А почему бы ты жил лучше, чем царь?” – “Я бы еще подрабатывал шитьем. И добавлял: -” Так он любил своё ремесло.”

Когда шил девочкам – обязательно украсит кружевом или цветной окантовкой. Выходила от него счастливая. Заказчики – односельчане просили переделать одежду со старших детей на младших. Подогнать по росту, по фигуре, чтоб не продувало в холодное время. Обычно приводили обоих и Хонон опытным взглядом осматривал “клиентуру”, целостность рубах, брюк и подбирал материал на заплатки. Дело творческое. Денег много не брал. Часто выполнял заказы в долг, который возвращался иногда месяцами. Люди местечка – без больших претензий. Но терпения, усидчивости, труда кропотливого и здесь надо немало. От длительного сидения за швейной машинкой глаза, спина и шея у портного быстро устают и болят постоянно. Но Хонон Абрамович никогда не жаловался на боли. Профессия – кормилица. Потому работал он от зари до зари, ведь в семье шестеро детей, которых надо кормить, одевать, обувать. А жизнь как в песне. Или наоборот – песня о жизни :

Тихо, как в раю…
Звёзды над местечком
Высоки и ярки.
Я себе пою, я себе крою.
Опустилась, ночь.
Отдохните, дети,
День был очень жарким.
За стежком стежок,
Грошик стал тяжел,
Ой, вэй! …

( «Еврейский портной» А. Розенбаум)

На маме, Берте Яковлевне – дети и весь дом. Помнит Анатолий, руки её теплые, ласковые. И песни её. На идиш.

Ойфн вэг штэйт а бойм,
Штэйт эр айнгебойгн:
Алэ фейгл фунэм бойм
Зэнэн зих цэфлойгн.

Я помню идиш с детства: мама с нами говорила на нем. Мы, дети, отвечали по-русски. Перевожу дословно: ” У дороги стоит дерево. Стоит, согнувшись, (видимо, от горя): все птицы от него улетели.” В поэтическом переводе оно звучит ярче, но образ самого сломленного дерева пропадает.

У дороги – дерево,
Дереву грустится:
Нету птиц в листве его,
Кто на север, кто на юг.
Вольной пташке – воля,
А ему – дождей да вьюг
Дожидаться в поле..

( Ицик Мангер. Перевод- Э. Левин. Музыка – П. Ласковский)

В 1941-1944 годах, вся Белоруссия, в том числе и Комарин, подверглась фашистской оккупации. В июле 1941 года, еврейская семья Миркиных, бросив дом и всё нажитое имущество, на повозке, запряженной быками, убегала от немцев. Ехали долго, по проселочным дорогам, оставив позади сотни километров, минуя трассы, которых постоянно бомбили. И только в сентябре, остановились в деревне Распаши, Воронежской области. Здесь отца призвали в Красную Армию. Остались мама и шестеро детей: Елене – 17, Аркадию -15, Михаилу – 12, Петру- 9, Марии -2, Анатолию – 1 год. Но и сюда уже рвалась немецкая орда. И снова семья Миркиных, на тех же быках, пытается убежать от фашистской нечисти. Но безуспешно. Их обогнали немецкие танки. Вернулись в Распаши. А в июне 1942 года всех евреев, в том числе и Миркиных, этапировали в гетто города Алексеевка.

Гетто
Гетто

Жили в тяжелейших условиях. В одной комнате с ними проживали ещё две семьи. Спали на полу. Из-за скученности и отсутствия бань, царила антисанитария.

Свирепствовали тиф и дизентерия. Жили за счет обмена вещей на продукты с местным населением. Но выходить за пределы гетто запрещалось. За это избивали и убивали. Старшая сестра Елена вышла и пропала. Так и не узнали судьбу её Миркины. Люди умирали ежедневно от избиений, издевательств, голода, холода и болезней. Городок Алексеевка, расположенный у реки ” Тихая сосна”( приток Дона), и Меловые горы вокруг него, стали пристанищем многих погибших евреев.
В марте 1943 года, советские войска Воронежского фронта перешли в наступление. 23 сентября 1943 года, Комарин стал первым населённым пунктом Белоруссии, освобождённым от немецких захватчиков.

Парад в Комарине.
Парад в Комарине.

Каждый год, 23-го сентября, в Комарине отмечают день освобождения поселка от фашистских захватчиков.

 

…А в Алексеевке, всех заключенных решили увести вслед за отступающими немцами. Во время перехода колонна попала под бомбежку. Охрана, состоявшая в основном из местных, разбежалась. Узники гетто, неожиданно получив свободу, разошлись по окрестным селам. Миркиных приютили в ближайшем селе Крюково. Только через месяц прибыли в Распаши. Летом 1944 года, Миркины вернулись в освобожденный от немцев Комарин. Родной дом разграблен, разрушен, раздавлен. Но братья и, вернувшийся с фронта отец, восстановили его. Началась новая жизнь…

После развала Советского Союза, оказался Анатолий с семьёй в Нью-Йорке. Надо работать. Начинать сызнова. Прошлый опыт и образование на другой земле пока не очень востребованы. Добрые люди помогли, посоветовали: Становись бучером!
Анатолий Миркин – бучер. (Butcher – мясник)

Мясник на рабочем месте..
Мясник на рабочем месте.

Хозяин подвел его к бараньей тушке и дал топор: “Руби!” Не взял топора Анатолий. Понял, что проверка. Он закончил техникум по продовольственным товарам и практику проходил на мясокомбинате. Видел и любовался искусством мясников. Оно требует и силу, и точность движений, и профессиональных навыков, отработанных до автоматизма.

-” Сначала туша еще в подвесном виде разделяется на три отруба-лопаточный, грудной и тазобедненный. Резать надо от себя,”-говорил ему старый мастер.
-” Часть лопатки подпиливается ленточной пилой, а потом режется уже ножом — получается рулька для первых блюд.
– Еще одна голяшка разрезается ленточной пилой на несколько -частей — это стейки.
-Делаем еще стейки на косточке. С помощью ленточной пилы делаем несколько надрезов на косточке, которая оставалась внутри мышцы, а потом ножом делим на три части.”
Показывал инструменты: острые ножи и быстро вращающиеся циркулярные пилы. Они опасны. Поэтому работать приходится в кольчужных перчатках и фартуках.
Давно уже топор не является главным инструментом мясника, который называется теперь обвальщик.
…Анатолий выбрал из комплекта самый острый нож. Его немного подправил. Подогнал к туше циркулярную пилу. Одел фартук и кольчужные перчатки.

Много лет работал Анатолий бучером. И напевал знакомую песню:
– Будет день, и будет пища,
Жить не торопись.
Иногда богаче нищий,
Тот, кто не успел скопить. 

(А. Розенбаум.)

Михаил Ружанский.

Когда горело Варшавское гетто…




Варшавское геттоВ 1940 году, немцы создали еврейское гетто, в самом центре Варшавы, огородив его кирпичной стеной. И согнали туда около полумиллиона человек. 6 февраля 1943 года, рейхсфюрер СС Генрих Гимлер, приказал уничтожить еврейское гетто “по соображениям безопасности”. Об этом узнали узники гетто. Восстание началось 19 апреля 1943 года и продолжалось почти месяц, до 16 мая 1943 года. На его подавление бросили хорошо вооруженные регулярные части СС, но сопротивление было таким сильным, что и они не сумели одолеть защитников. Тогда немцы организовали группы поджигателей, которые сжигали дома дотла, вместе с их обитателями. В гетто, по немецким подсчетам, живыми оставалось около 50 тысяч евреев. Остальных они успели отравить газом в соседних концлагерях. В ходе тяжелых боев погибло 7 тысяч участников восстания. И еще 5-6 тысяч сгорели заживо. Вокруг пылающего гетто собирались группы поляков. Поглядеть, как на игрище. Как на забаву.

Continue reading “Когда горело Варшавское гетто…”

Из пепла и земли




Manfred,Vilmar-son
Генерал Штерн с сыном.

… Мы не виделись с Женей Борисовной 14 лет. Но о чем и о ком бы  мы ни говорили когда-то или сейчас, в ее нью-йоркской квартире, мы всегда вспоминаем ее дядю, Манфреда Штерна, кумира моего детства, героя Гражданской войны в Испании, командира Первой Интернациональной бригады, известного как “генерал Клебер.”

 Из Москвы приезжал к ней в гости Вильмар Штерн- сын генерала, погибшего в советских застенках.

Женя показывает его последующие письма. И вдруг из тетради выскользнули листочки пожелтевшей бумаги. А на них стихи.  Написаны немецким готическим шрифтом. Но на языке идиш. Женя  вела дневник  в такой поэтической форме, в далекие военные годы.

Continue reading “Из пепла и земли”