Степной город мой, родные пенаты. А мы – твои лишь солдаты.




Крепость имени Святой ЕлисаветыКрепость имени Святой Елисаветы

Кировоград – ныне г.Кропивницкий, областной центр Украины. Когда-то он назывался Елисаветград.
И очень долго считался захолустным городком. В верхней части своей он утопал в садах. А улицы, расположенные вдоль мелкого Ингула, месяцами не высыхали после его весенних разливов. Моя родная улица называлась Болотной. Другого названия не помню. Перед окнами – река. Рядом – заболоченный овраг и мастерские по ремонту телег, которые стояли вдоль дома. Однажды ребята запряглись в оглобли и стали катать нас, малышей, но не справились с управлением и перевернули воз в овраг. Еле вытащили нас, полуживых, из липкой грязи.

Мама и я в 1940 году
Мама и я в 1940 году

В Кировограде окончил 6 классов украинской школы. Учебу любил. Но поведение отмечалось не в лучшую сторону. В чём оно выражалось осталось за шлюзами моей памяти. Могу только представить: отец, ремесленик, жестянщик по специальности, кормилец всей семьи, рано умер, мама осталась с четырьмя детьми, я – самый младший среди сестер, которые тоже учатся и работают и пытаются устроить свою жизнь. Кто мог заниматься моим воспитанием и учёбой? Но почему-то в нашей пролетарской семье всегда были книги. Толстой. Чехов. Котляревский, Шевченко… Они – наши главные учителя. И мы их читали. Сами. И друг другу вслух. Спустя много лет я приехал в родной город. Зашел в квартиру, где прошло моё детство. Там поселились бывшие соседи, которые после нашей эвакуации в годы войны. немедленно её захватили, с мебелью, с домашней утварью, с нашими вещами, с библиотекой книг…

М.М. Ружанский, подполковник-инженер 1970 год
М.М. Ружанский, подполковник-инженер 1970 год

Но я увидел 12-ти томник Л. Н. Толстого. И я им всё простил. За то, что сохранили книги. Значит, озверели не до конца. Их дети будут другими, лучше. Так мне думалось.

Continue reading “Степной город мой, родные пенаты. А мы – твои лишь солдаты.”